НОВОСТИ

Если вас попросят назвать пятерых самых образованных спортсменов, смело включайте в это число Павла Абрамова. Двухчасовая беседа с новичком "Урала" убедила в этом окончательно. Человек, который говорит на японском, почти слово в слово цитирует Довлатова и Высоцкого, не может быть другим. *** Мы договорились об интервью в уфимском кафе. - Перед принятием пищи японцы говорят: "Итадакимас", - улыбнулся Павел. – В дословном переводе это означает "сейчас я поем". А после еды принято говорить: "Готсисусама дешта", что в переводе – "я поел, и я пойду". У них так принято. *** - С Уфой уже успел познакомится? - Более чем. Уфа – очень гостеприимный город и встретили нас здесь замечательно. Первые полтора месяца был без машины, много ходил по городу пешком. Как-то прогулялся от гостиницы "Азимут" до Центрального рынка, а потом до торгового центра "Галерея Арт". - Это почти полгорода! - Прогулка длилась часа два с половиной. Был выходной день, я взял фотоаппарат и пошел … Жизнь в Уфе совсем другая, сильно отличается от московской. Там ты все время проводишь за рулем, а здесь у тебя полно свободного времени. У меня были некоторые опасения, но все они опроверглись. Уфу, можно сказать, уже знаю – парки, рестораны, театры, кинотеатры. Правда, в театрах пока не был. - Приглашение в "Урал", ведь не было неожиданным? Ходили слухи, что "Искра" растеряет свой бывший состав… - Несколько клубов еще по ходу чемпионата активизировались. Хотя у "Искры" была возможность сохранить состав. Клуб долго не мог определиться кого хочет оставить, а кого нет. Трансферную политику вели вяло и активизировались только после окончания сезона. Возможно, на то были причины. - Ушел, спалив мосты, или по хорошему? - Никакие мосты я не палил. С Андреем Бельмачем (генеральный директор, - прим. М.Н.) и Роберто Сантилли, которых я знаю много лет, мы сохранили хорошие отношения. Я люблю Одинцово, с теплотой отношусь к президенту Клуба болельщиков Надежде. Она мне писала такие вещи перед моим уходом, что у меня слезы на глаза наворачивались. – То есть для тебя матчи с "Искрой" не будут такими же принципиальными, как для Спиридонова? - Будут принципиальными не меньше, чем для Алексея. - Хоть раз менял команду не потому, что было выгодное предложение, а потому, что хотел уйти? - В 2003 году в "Динамо" была очень тяжелая ситуация. Вторую половину сезона не играли, а мучились. Заняли лишь четвертое место. Тогда мне очень хотелось уйти, уехать из чемпионата России. Было предложение из Белгорода, но уехал в Японию. *** - Как японцы на тебя вышли? - В 2002 году сборная России выиграла Мировую лигу и меня признали лучшим нападающим. Естественно попал в поле зрения специалистов. Думаю, что японцы заметили меня именно тогда. - И начали обрабатывать… - Неоднократно приезжали в Москву. Привозили DVD-диски с записью игры их команды. До меня там выступал Дмитрий Фомин. Они умеют вести переговоры. Следующие два сезона я провел в "Торэй Эрроуз". - Подарки привозили? - Привезли два фотоаппарата – мне и моей маме. Такой стиль работы. Камеры уже вышли из строя, за давностью лет. - Чему тебя за два года научила Япония? - Я приехал в 24 года и очень много времени проводил один. По-русски мог говорить только со своей переводчицей. Много думал, смотрел фильмы, читал книги, начал интересоваться музыкой. Стал слушать Джима Мориссона. - На спорт тоже посмотрел другими глазами? - Я, по-видимому, приехал со звездной болезнью. Все-таки лучший нападающий Мировой лиги. Игрок сборной России. Там за два года понял что такое ответственность. Когда партнеры по команде смотрят на тебя с надеждой – это незабываемые ощущения. В японском чемпионате принято в концовках партий играть исключительно через легионера. - Против кого из звезд приходилось играть? - Моя команда сражалась с командой Ильи Савельева. В первый год мы проиграли ему в финале Кубка Японии (в 2004 году, - прим. М.Н.). Илья был в бешеной форме. Он всех уничтожал. Помню в одном эпизоде я достал мяч в защите. Этот момент до сих пор перед глазами: он атаковал из четвертой зоны, я стоял в пятой, мне повезло – мяч попал в руки, я прочувствовал всю силу его атаки. Через год нам удался реванш. Ситуация уже была противоположная – мы всех обыгрывали. Прошлись катком по всей лиге, за сезон проиграли 3 или 4 раза. Выиграли и кубок, и чемпионат. - Японскую культуру впитал? - Не хочется никого разочаровывать, но, на мой взгляд, японская культура очень бедная. С нашей даже не сравнить. Их храмы – это бутафория, на них можно любоваться только снаружи, внутрь войти невозможно – входов нет. В большинстве своем японцы не религиозны (это, впрочем, не осуждение) , а все связанные с буддизмом церемонии – развлечения для туристов. Сами же они развлекаются тем, что в выходной день приходят в супермаркеты и листают журналы. Однако, это личные ощущения от японской культуры. - Хоть что-нибудь в Японии понравилось? - Япония – потрясающая страна. Там замечательные горячие источники, по которым я очень скучаю. Ванные комплексы с горячей натуральной водой на открытом воздухе. Лежать в горячей ванне с видом на горы – отличный способ отдохнуть и расслабиться. Что еще? Там очень вкусная еда. Японцы от каждой нации берут лучшее и воплощают у себя. Самая вкусная паста, которую я пробовал, была именно там. Не в Италии – в Японии! - У тебя японцы чему-нибудь научились? - Я учил их петь по-русски. Под гитару мы пели Высоцкого, Розенбаума. Надеюсь, что оставил после себя что-то хорошее. Тем более, что мой второй сезон стал одним из лучших для Мисимы в истории клуба. - Какие традиции в японском волейболе раздражали? - Была такая традиция. Если в зал в разгар тренировки заходил генеральный директор клуба или его помощник, вся работа останавливалась, мы выстраивались в одну шеренгу и выслушивали пламенную речь. Меня это убивало. А однажды нас удивил тренер. - Чем? - Перед финалом Кубка Японии говорит: "Я понял, что у нас слишком интеллигентная команда". Пошел, и купил всем игрокам пиво. За день до игры! Финал мы проиграли. Но не думаю, что это было из-за пива, просто команда Ильи Савельева была сильнее. - Японский язык сразу взялся изучать? - В первый год не учил. Я был в постоянном стрессе – новая чужая страна, совершенно другая жизнь, я один. На второй сезон оклемался и стал учить. Японцы очень ценили это. - Иероглифы теперь – не темный лес? - Читать и писать не научился. Даже не пытался, если честно. - Пару лет назад российская пресса писала про буйную макаку в городе Мисима, где ты провел два сезона… - Надо делить эту информацию на десять. Наша пресса любит выдумывать всякие небылицы про Японию. Как-то в выходной я поехал в Токио. Сижу в кафе в центре города, обедаю, мне звонит перепуганная бабушка: "Паша, ты где?! Как в Токио?! В Токио землетрясение, все рушится!" А я то и не знал… *** - Антон Куликовский рассказывал, что в Польше каждому игроку после матчей спонсоры привозили по 12 пицц. Что-то подобное у тебя было? - У нас спонсором была местная угледобывающая компания. Кстати, тем, кто жил в своих домах на отопление привозили уголь по льготным ценам, но больше запомнилось другое. Нас возили на экскурсию в шахту. Мы спустились на глубину 700 метров и посмотрели, как там работают люди. Труд адский. Мы за три часа прогулки вымотались больше, чем на тренировке, а смена шахтера – шесть часов, из которых около четырех он проводит под землей. - Тяжело было в шахте двухметровым спортсменам? - Высоким людям в шахте вообще находиться крайне сложно. Сначала идешь по большому тоннелю, который начинает сужаться. В том месте, где непосредственно добывается уголь приходилось ползти на карачках. - Про Ястшембье-Здруй, в котором базировалась команда, я ничего интересного не нашел, кроме того, что это город – на границе с Чехией… - А мы и жили в соседнем городе Жорэ. Ястшембье-Здруй я не так хорошо знаю, небольшой шахтерский город. Там ходят мужчины с подведенными, как кажется на первый взгляд, глазами – на самом деле это въевшаяся угольная пыль. Она тяжело смывается. А в прошлом году там, товарищеским матчем "Ястшембского Венгеля" и "Искры" открылся новый шикарный спорткомплекс. - Для вас с Сантилли эта игра была особенная? - Он подошел ко мне перед матчем, заглянул в глаза и сказал: "Павел, ты понимаешь, что для нас это первый матч чемпионата? " Он очень хотел выиграть. - В гостях, в товарищеском матче, на открытии стадиона?! - Именно. Но "Ястшембский Венгель" победил 3:2. Для них это была феерия. Игра получилась классная, болельщики остались в восторге. Для поляков обыграть "Искру" многого стоило, мы, к сожалению, доставили им это удовольствие. Да и в целом нас приняли отлично. - Друзей в Польше осталось много? - Есть. Этим летом летал к своему другу Павлу Щебаку на свадьбу. Это администратор команды. Встретились с президентом клуба, который угостил меня обедом, вручил клубную атрибутику… Жаль, не смог увидеть всех – ребята были на сборе, поэтому спортсменов на свадьбе не было. - А что за история c президентом клуба, говорят, он на тебя был в обиде?.. - В 2010 году он был недоволен тем, что я покидаю клуб. Я объяснил, что еду на родину, что у меня высокая мотивация, не знаю – понял он меня тогда или нет. Помню, привез из Италии бутылку замечательного игристого вина Франчакорта. Потом я давал интервью в России и корреспондент поиграл со словами так, что можно было подумать, что президент клуба обиделся и не принял мой подарок. Поляки начали раздувать скандал, мне постоянно звонили, расспрашивали. Но в итоге я объяснил, что эта эпопея и яйца выеденного не стоит. - Сантилли-то из клуба отпустили спокойно? - Вряд ли они были рады его уходу. Роберто проработал там три года, он хотел расти. У него были амбиции поработать в другом серьезном чемпионате, со звездами мирового волейбола, такими как Алексей Вербов, Алексей Кулешов. - Польские болельщики такие же лютые, как турецкие? - Они довольно дружелюбные. Вот как-то мы с "Искрой" прилетали на еврокубковые матчи в Ченстохову, помню там были какие-то инциденты – что-то кидали на площадку, кричали непристойности... Пожалуй, это единственный город в польской лиге, где болеют агрессивно. Вообще же в Польше чувствуешь себя суперзвездой. Везде узнают, постоянно устраивают автограф-сессии. За каждым игроком в газетах закреплен свой корреспондент. У нас так популярны разве что футболисты и хоккеисты. Хотя победа на Олимпийских играх может сказаться на популярности волейбола. *** - Олимпиада в Лондоне впечатлила? - Да, но cамые яркие эмоции – от финала. Это одна из лучших игр на моей памяти. Мне навскидку даже сложно вспомнить вторую такую. Чтобы настолько развернулся ход матча. Бразильцы нас уничтожали, у лидеров сборной России ничего не получалось, а завершилось все блестящей победой нашей команды. - Разговаривал с Алекно накануне Олимпиады? - Нет. - А поехать в Лондон желание было? Ведь ты попал в расширенный список… - Своему новому агенту - Дмитрию Резванову я сказал заранее, что у меня не будет возможности поехать в сборную. Я завершал сезон с набором травм. Передо мной стол вопрос – делать операцию на локоть или нет. В итоге я ее сделал и сделал правильно. - Неужели есть спортсмены, которым не хочется поучаствовать в Олимпийских играх? - Конечно, я хотел бы принять в них участие. Но мне нужно было время на восстановление после чемпионата России и я знал, что Алекно мне этого времени не даст. Никто бы не дал. Моё мнение - чтобы играть в сборной нужно быть готовым на 100%, в противном случае всегда найдется кто-то, кто сможет помочь команде больше, чем ты. Я давно расслабился, поняв, что сборная может обойтись и без меня. Как показал финал, на данный момент даже такого игрока, как Максим Михайлов, можно заменить. Мусэрский ведь заставил плакать бразильцев! - Поймешь ситуацию, если Алекно не продолжит работу в сборной? - Да. По той же причине. Такая работа отнимает очень много здоровья. Потом если он уйдет сейчас, то он уйдет победителем. Меньше, чем через год будет чемпионат Европы, на котором надо будет снова выигрывать, снова доказывать свое превосходство. И так теперь – на каждом турнире. *** - Как ты познакомился со своей женой? - С Маргаритой я познакомился в интернете. Мы общались на одном из сайтов, который сейчас уже не работает. Ни у меня, ни у нее не было фотографии в профиле, мы просто переписывались. Долго не могли встретиться, но потом, наконец, увиделись и через полгода женились. Пять лет назад родилась Сашка, год назад – в июле – сын Ярослав. - Будущий волейболист? - Я не против, но кто знает. Он, как только встал на ноги, начал гонять мяч ногами. Я с ним никогда специально в мяч не играл, но его просто не оттащить. Мой отец профессионально занимался футболом, и хоть его карьера не сложилась, по словам друзей, он прекрасно играл. Так что, может быть, Ярослав в деда. Правда, я слышал, что в футбольных школах сейчас какой-то нездоровый ажиотаж, не очень хочется в это ввязываться. - Ты рос в лихое время, в бандиты тебя завербовать не пытался никто? - Мне повезло, у меня плохая память. Хотя, конечно, помню те времена, когда быть бандитом было модно. Все ходили в каких-то цепях, смешных штанах. Зато потом стало модно быть диджеем. - Ты был диджеем? - Мой друг был. Волейболист Виталий Рыжов, он недолго играл в Уфе, между прочим. Так вот, он был королем мира. Я стоял рядом с ним за вертушками, а все девчонки смотрели на нас влюбленными глазами. - В 20 лет ты начал играть за МГФСО. - Я попал в эту команду в тот момент, когда ее начал тренировать Виктор Сергеевич Радин. Он пришел из национальной сборной страны, за которую играли Дмитрий Фомин, Руслан Олихвер, Евгений Митьков. Они заняли четвертое место на Чемпионате Европы, Радин ушёл из сборной и пришел тренировать команду второй (!) лиги. - Первая тренировка запомнилась? - Помню, что на первой тренировке он схватился за голову. Увидел нас после игроков уровня сборной России. Но в том сезоне мы вышли из второй лиги в первую, через год поднялись в высшую, там сумели закрепиться, а потом я ушел в "Искру". - Связей в МГФСО не осталось? - Нет, я даже не знаю есть ли там сейчас волейбольная команда… - Сейчас там нет даже волейбольной секции. Может быть возьмешь пример с Марии Киселевой или Анатолия Карпова, которые открыли при обществе свои школы по синхронному плаванию и шахматам? - Тяги к тренерской работе у меня не было. Хотя какие-то идеи появляются. Сейчас я вижу, как работает Анджиолино Фригони, Владимир Хроменков и у меня тоже пробуждается интерес. *** - В одном из интервью от тебя довелось услышать философскую мысль, что понятие свободы - мифическое и о настоящей свободе говорить не приходится. До сих пор так считаешь? - Это очень старое интервью, даже не помню какого года. Сергей Довлатов как-то сказал, что под лучами свободы одинаково быстро вызревают и гладиолусы, и марихуана. Золотые слова. - Финансовое благополучие не дает свободу? - Оно дает возможность комфортного существования. Важно, как ты достиг этого финансового благополучия. Думаю, что очень многие богатые люди, которые свои деньги украли, не чувствуют себя свободными. - Политикой увлекаешься? - Меня немного смущает, что законы в моей стране принимают Николай Валуев и Алина Кабаева. Я считаю, что в политику должны идти профессионалы, а не те, за счет кого какая-либо партия будет пиариться. В данный момент российской истории могу сказать, что политика меня расстраивает. - Самый известный в России человек, чей номер записан в твоей записной книжке? - Ольга Ломоносова – замечательная российская актриса. Если честно, не люблю знакомства ради знакомства. Хотя есть люди, пообщаться с которыми я хочу, но не имею такой возможности. - С кем, например? - С Владимиром Высоцким. С Бобом Диланом. - Боб Дилан жив. - Да, но наши графики работы не совпадают (смеётся). Вряд ли выпадет такая возможность. *** - Традиционный анкетный опрос начнем с любимого фильма… - "Каждое воскресенье", фильм Оливера Стоуна с Аль Пачино в главной роли. Это фильм про американский футбол. В нём достаточно реалистично показаны некоторые моменты профессионального спорта. Периодически его пересматриваю. Еще фильм Мартина Скорсезе "Бешеный бык" с Робертом де Ниро. Про боксера Джэйка Ламотто, который изуродовал свою жизнь ревностью. - Я встречаю второго волейболиста, который цитирует Сергея Довлатова… Первым был Григорий Афиногенов. - Довлатов – гений. Я зачитывался им, когда играл в Японии. Прочитал все его произведения. Наряду с Достоевским и Платоновым, это мой любимый писатель. Кстати, не знал, что Гриша читает Довлатова. - Знаешь, что Довлатов родился в Уфе? - Серьезно? И здесь нет улицы, названной его именем?! - Артем Ермаков рассказывал, что большего меломана, чем Абрамов, он не встречал. - Наверное, он не соврал. У меня дома стоят 12-дюймовые динамики 1977 года выпуска в больших корпусах, которые я заказывал специально под них. Есть ламповый усилитель, который сломался, и я очень по нему скучаю – времени отремонтировать пока нет. Хочу перейти на винил, может в Уфе удастся этой сделать, тем более, что нашел здесь неплохой магазин с пластинками. - Хобби? - Кроме музыки это, пожалуй, чаепитие. Очень люблю аргентинский матэ, пью его перед игрой – прекрасно тонизирует. Завариваю, как это делают аргентинцы. Пабло Меана, знаменитый либеро, говорил, что мы завариваем его, как девочки. Надо крепче. - Где-то в интернете встретил, что помимо волейбола ты увлекаешься настольным теннисом. - Даже был чемпионом летней практики МГУ на первом курсе. Правда там я был чемпионом практически по всем видам спорта, кроме бадминтона, в том числе в футболе и волейболе. В бадминтоне я проиграл в финале. - Дипломную тему помнишь? - Защищался на кафедре физической географии мира и геоэкологии на тему глобального потепления на примере одного маленького района в Хибинах, это на Кольском полуострове. - Если бы не волейбол, то стал бы… - Когда у Высоцкого спросили, кем бы он стал, если не певцом, то он ответил так: "Я уважаю все профессии, если человек в них профессионал". Поэтому, надеюсь, что чем бы я не занимался, был бы в этом профессионалом. Максим НИКЕРИН.